Детство. Как ты прекрасно, когда рядом забота и любовь родителей…
Наш старый двор был целым миром, замкнутым между облупившимися стенами двухэтажек. Здесь время текло по своим, особым законам, а главными героями были не мы, дети, а взрослые. Их судьбы разворачивались у нас на глазах.
В однокомнатной благоустроенной квартире на втором этаже жили тётя Тома с дядей Юрой. К пятидесятилетнему возрасту его трудовой стаж уместился в четыре коротких года, после которых началась бесконечная череда тюремных сроков и поисков выпивки.
Она же, получавшая скромную пенсию, всё-таки продолжала неутомимо трудиться в больнице.
Трудолюбие прачки многократно отмечалось руководством ЦРБ, чему она была очень рада.
Тётя Тома до самого конца трепетно заботилась о своей престарелой матери, ездила в деревню, помогая родным сожителя. До сих пор удивляюсь, откуда у неё брались силы?!
Каждый день, уходя на смену, она запирала Юрия на ключ, пытаясь спасти от очередного запоя. Но у него был свой «ангел-хранитель» – соседка Татьяна. Она не отличалась целомудрием, но обладала удивительной изобретательностью. Через тонкую трубочку в замочную скважину она умудрялась напоить алкоголика спиртом «Рояль», словно передавала ему желанную весточку с воли.
Иногда «пленник» спускал с балкона верёвку – наш дворовый лифт для запретного груза. К ней привязывал заветную бутылку сосед Толян. Тот был человеком практичным и с Юрой не пил.
– С ним выпьешь – разоришься, – объяснял «спаситель». – Он жадный: нальёт гранёный стакан, хлопнет залпом, даже не вздохнёт, не то что закусит.
Неумолимо пронеслись годы, отсчитав десятилетия. Двор опустел. Юра погиб нелепо и страшно – на пожаре. У Толяна просто остановилось сердце. Татьяна пережила их ненадолго – ушла через год, оставив после себя лишь эхо дворовых сплетен.
Бездетная тётя Тома осталась одна. Теперь в её квартире поселилось много кошек, которых раньше сожитель «на дух не переносил». Жильцы ворчали, ругались… В подъезде царил неприятный запах. Но ей было всё равно – кошки стали её семьёй, утешением и спасением.
Она часто заходила к моим родителям – кроткая, уставшая женщина с потухшим взглядом. Пила чай, иногда даже засыпая прямо за столом, склонив голову на руки.
– Опять этот тип напился! – сокрушалась она, тяжело вздыхая.
Мы все жалели её, сочувствовали, стараясь по возможности помочь. Со своей дачи привозили овощи, картошку…
А сколько радости она испытывала, когда в гостинцы получала мелкие пушистенькие груздочки, собранные нами на нашей любимой Торге! В эти минуты с её измученного лица не сходила благодарная улыбка.
Я помню её метания: то она выгоняла своего мучителя, крича до хрипоты, то снова принимала, вытирая слёзы дрожащими руками.
Здоровье было подорвано. Года через два и её не стало: упала на лестничной площадке. Светлая память о неугомонной соседке останется в наших сердцах!
Так и прошло моё детство – не в сказке, а среди этих странных, но дорогих мне людей.
В этом была вся их жизнь – нелепая, но по-своему цельная.
25 – 26 апреля 2026
