Смыслы связаны с литературными героями, их поступками, стилем поведения и взглядами, с идеями, которые носятся в воздухе и с ценностями, популярными в обществе. Поскольку общество всегда неоднозначно и разные группы выражают различные смыслы, то можно утверждать, что пока существует развитие общества и его движение в ту или иную сторону, есть и конфликты смыслов.
<…>
Пожалуй, лучшим правдоподобным и глубоко положительным образом русской литературы XIX века является образ пушкинской Татьяны. Её слова: «но я другому отдана и буду век ему верна» не вызывают ощущения неестественного морализма, втиснутого в уста героя волей автора, а выглядят органичным проявлением русского характера, одно из главных качеств которого — верность. Советская власть, сумевшая придать фигуре Пушкина тот всемирно-исторический характер, о котором пророчески говорил Достоевский, тем самым укрепила в народе качество чистоты и верности, столь проникновенно и ненавязчиво воспетое великим поэтом. Иногда литературные герои, созданные гением, способны транслировать смыслы, влияющие на весь народ. Едва ли Великая Отечественная война была бы выиграна, если бы наши воины не имели такой мощной поддержки в тылу, как верность их жён. И в этом, безусловно, есть заслуга Пушкина. В XXI веке таким положительным героем является герой ряда романов Александра Проханова Виктор Белосельцев, самоотверженно защищающий Родину. Критик Михаил Кильдяшов охарактеризовал его как «эталон, «идеальный тип» русского патриота — несгибаемого, неубиваемого, героя длинной воли и глубинной памяти, которая хранит не только свою прожитую жизнь, но и жизнь рода, исторический путь народа».
<…>
Список героев главных произведений русской литературы, составленный литературоведами, огромен, и понятно, что жизнь не стояла на месте — живые смыслы, которые несёт в себе каждый герой, менялись от десятилетия к десятилетию. Между героями Фонвизина и героями Пелевина пропасть (при всей разности того, что эти авторы производят: в первом случае это художественная литература, во втором — нередко завуалированный под литературу идеологический памфлет, при том, что ранние пелевинские рассказы стилистически сделаны на высоком уровне). Хотя и сегодня в жизни и современной литературе тоже есть свои митрофанушки, вооружённые гаджетами и большим самомнением. Важнее выделить то общее основание, которое объединяет героев разных эпох. Если взять положительных, ищущих свой путь героев, вместе с которыми автор хотел что-то осмыслить, то общие смыслы,
которые они несут в мир, связаны со стремлением к некоему идеалу. Герои наших романов и повестей, взять Толстого, Достоевского, Лескова, Чехова, ведут беседы о смысле жизни и активно ищут его в то время, как западные герои (конечно, не все) чаще думают о том, как лучше устроиться в жизни.
Можно сказать и по-другому: наша литература, включая советскую, пропитана христианскими ценностями, даже если она этого не осознавала. Её герой думает о том, как взять свой крест и нести свою ношу, несмотря на тяготы жизни, сохраняя веру в окончательное торжество добра.
На динамику изменения смыслов в русской литературе влияют такие категории, как темы произведений, их сюжеты и герои. Поговорим о темах в русской литературе XIX-XXI веков, которые всё время меняются в соответствии с жизнью. Хотя в жизни человека и страны есть повторяющиеся события, например, войны, на какое-то время приходившие на смену миру, но таких масштабных изменений немного. Другое дело — ежедневные события или повестка дня. Литература, как и журналистика, не может не отражать то, что происходит вокруг нас, а оно всё время меняется. Например, в XIX веке в художественной литературе не было принято описывать труд — дворянство работало не так много, и даже у Пушкина есть строки, воспевающие «праздную лень».
Крестьянский труд мало интересовал писателей, хотя тот же Лев Толстой, как уже говорилось воспел эту разновидность труда. В XX столетии при советской власти всё изменилось, люди стали много работать, почти исчезла безработица и — появился производственный роман. Да и в «непроизводственной» современной литературе герои работают гораздо больше, чем в XIX веке.
В XXI веке в России многие люди работают, чтобы выжить или с целью разбогатеть, чтобы потом не работать и развлекаться, а потому современная литература редко поднимает тему труда. Хотя не исключено, что сегодняшняя и завтрашняя литература может на новом уровне вернуться к производственному роману и показать психологические типы и конфликты на фоне завода, университета, супермаркета или клиники (ведь делает же кинематограф далеко не худший сериал «Склифосовский»). Но извечные человеческие темы: любовь, ревность, измены, одиночество, разлука, конфликт отцов и детей, ссоры с ближними, утраты, горе и многие другие темы, относящиеся к частной жизни и описанные в литературе ещё со времён Пушкина, — повторяются и в нашем веке, хотя имеют совершенно иную окраску.
Как темы произведений связаны со смыслами? Прямой связи нет, и любая, хорошо описанная тема может содержать глубокие смыслы, а может и не содержать их. О любви и убийстве написаны сотни тысяч довольно пустых книг, но «Евгений Онегин» и «Преступление и наказание» стали книгами великих смыслов только благодаря тому, что Пушкин и Достоевский были живыми носителями и генераторами глубочайших смысловых образов и программ жизни. Однако в литературе и журналистике есть феномен мелкотемья, которое возникает только в том случае, если автор произведений не способен вдохнуть в любую тему нужные смыслы. Гений может всё: вспомним Ахматову: «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи…» или Пастернака: «И чем случайней, тем вернее рождаются стихи навзрыд…»
Сюжеты меняются реже, и в них есть и современные, навеянные эпохой разновидности (например, сюжет романа А. Проханова «Господин Гексоген» ни в каком виде не мог быть сюжетом русской словесности XIX века), но есть и повторяющиеся сюжеты. В литературоведении даже есть интересная теория бродячих сюжетов, которые под разными обличьями кочуют из одной культуры или страны в другие. Следует заметить, что русские писатели, даже самые великие, нередко использовали мировые или западные сюжеты. Есть мнение, что Достоевский каким-то образом использовал сюжеты Диккенса (самая близкая параллель между «Холодным домом» английского романиста и «Братьями Карамазовыми» Достоевского), но если здесь и была определённая параллель, то русский гений выполнил свою художественную задачу по-русски и создал наших национальных героев, превосходящих английских и страстью, и глубиной.
Существует четырёхтомный словарь — указатель сюжетов и мотивов русской литературы, выпущенный Сибирским Отделением РАН. В этом списке легко утонуть. Есть и замечательный труд Фредерика Тубаха «Справочник по религиозным историям» или «Сравнительный указатель сюжетов. «Восточнославянская сказка», вышедший ещё в 1979 году. Но есть и более короткие списки. Писатель А. Небоходов выделяет восемь основных сюжетов, которые он иллюстрирует в основном западными примерами, но которые нужно разбавить примерами русских произведений, что мы и сделаем, осознавая: любая схема не отражает сложность художественного образа. Понятно, что примеров можно привести значительно больше.
- Победа над чудовищем, когда герой сталкивается с очень мощной силой, но побеждает её. Примеры: волшебные русские сказки, где Иван-дурак, одолевает разных бесов или гоголевские повести «Вий» и «Вечера на хуторе близ Диканьки», где фигурирует кузнец Вакула, сумевший оседлать чёрта. (В булгаковском романе «Мастер и Маргарита», где с нечистой силой сталкивается вся советская атеистическая система, зло ускользает от милиции и спецслужб).
- Из грязи в князи (история успеха), когда герой, находящийся на нижних ступеньках социальной лестницы, в финале поднимается на верхние ступеньки и побеждает. Примеры: в мировой литературе это сюжет «Золушки», в России этой теме посвящены русские народные сказки или сказки Пушкина, но это скорее западный сюжет. Хотя в русской литературе есть произведения, где в той или иной степени рассматривается тема карьеры, но она решается по-иному, нежели в западной словесности. Например, в подзабытом романе А. Ф. Писемского «Тысяча душ» главный герой Калинович (его принято сопоставлять с аналогичными героями-честолюбцами Стендаля, Бальзака, Мопассана) делает карьеру, становится вице-губернатором и даже совершает немало неблаговидных поступков, но при этом искренне страдает, пытается помочь другим людям и в конце теряет свой пост, потому что боролся за правду и пошёл против начальства. Это русский тип, колеблющегося, испытывающего муки совести карьериста, а совсем не Каупервуд у Драйзера или Жорж Дюруа у Мопассана.
- Путешествие и возвращение, когда герой уезжает из родного дома в неизвестный мир, проходит через разные испытания и возвращается домой другим, более мудрым, но иногда и опустошённым человеком. Примеры: в мировой литературе — это «Одиссея» или «Алиса в стране чудес», в русской литературе — роман Тургенева «Новь», рассказ Платонова «Возвращение», «Тихий Дон» Шолохова.
- Поиск, когда герой отправляется за неким сокровищем скорее духовного характера, проходит через множество испытаний и достигает очищающего результата. Примеры: Индиана Джонс, Святой Грааль, Властелин колец. В русской литературе эту тему отражают совсем иные сюжеты, например лесковский «Очарованный странник» или «Алые паруса» Грина.
- Комедия, в которой герой, пройдя через различные недоразумения, препятствия и смешные ситуации, приходит к благополучному финалу. Примеры: в мировой литературе комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь», «Укрощение строптивой», в русской литературе — это несколько другие сюжеты: Островский «Без вины виноватые».
- Трагедия, в которой герой или героиня, имеющие некую слабость, не выдерживают жизненных испытаний и погибают, совершают преступление. Примеры: шекспировский «Макбет» или «Анна Каренина»Толстого.
- Возрождение, когда герой, проходя через тяжелейшие испытания или даже моральную смерть, находит силу и путь к исцелению и преображению души. Примеры: «Преступление и наказание»Достоевского.
- Моральное падение, когда герой начинает жизнь или приступает к новому делу, веря в себя и успех, но совершает ошибки, предательства и гибнет. Примеры: «Моби Дик» Германа Мелвилла или «Потерянный рай» Мильтона. В русской литературе — «Тарас Бульба», где младший сын главного героя предаёт родину, «Капитанская дочка», где предательство по отношению к семье Гринёвых совершает Швабрин или Рыбак в повести Быкова «Сотников». Автор классификации убеждён, что внешние технологии, которые приходят в мир, могут трансформировать сюжеты, но на глубинном архетипическом уровне они остаются.
Борхес сводит эти восемь главных сюжетов к четырём: осада города, кончающаяся гибелью героя, возвращение домой или путешествие блудного сына, поиск себя или сокровищ и богатства, самопожертвование во имя чего-то большего, чем сам человек.
Можно приводить множество вариантов сюжетных классификаций, но нужно зафиксировать, что смыслы художественных произведений рождаются из способов решения конфликта, заложенного в каждом сюжете. В зависимости от того, как герой разрешит этот конфликт: победой, поражением, компромиссом, сделкой с совестью, преодолением себя, — проявится и глубинный смысл произведения, сильнейшим образом зависящий от самого героя. В русской литературной традиции решающим смыслом будет нравственный выбор, который делает герой.
