Владимира Ивановича Вернадского, истинного титана науки ХХ столетия, отличали не только широта суждений, синтетичность ума, всеохватность научной эрудиции. Могучий интеллект сочетался в этом человеке с удивительными психическими способностями, необыкновенной интуицией, развитой до уровня пророческого дара, и особой, неформальной религиозностью.
Владимир Вернадский родился 12 марта 1863 года в Санкт-Петербурге. Его отец, Иван Васильевич Вернадский, был профессором кафедры политической экономии и статистики Императорского Московского университета и чиновником по особым поручениям при министре внутренних дел. Мать Владимира Вернадского, Анна Петровна Константинович, происходила из дворянской семьи. И.В. Вернадский женился на Анне Петровне после смерти его первой жены, матери его старшего сына Николая, сводного брата Владимира.
Природа наделила будущего гения особыми духовно-психическими качествами. Мальчик отличался наследственным лунатизмом. Он не только ходил во сне, но и видел необычные, яркие сны. Во время таких, почти трансовых, состояний его восприятие действительности странным образом менялось: подходивших к нему родных он видел в перевернутом изображении.
<…>
С раннего детства сознание Владимира было открыто той области явлений и переживаний, которую принято называть мистической. Уже будучи молодым человеком, Вернадский писал в письме своей невесте, будущей жене Наталье Егоровне Старицкой: «Я создал себе религию, полную образов, то страшных, то нежных, но которые жили везде и всюду. Помню, как глубоко и сильно меня интересовали вопросы о том, что делается с душою после смерти, и рисовалось мне, что она долго (40 дней, кажется) летает вокруг тела, не может попасть туда, и ей холодно, ей страшно тяжело, она видит, как плачут, как рыдают кругом родные, как ее тело предают земле. То слышал я, что и тело это еще долго слышит, хоть и не видит… Все такие образы все сильнее и сильнее смущали меня; я писал Вам, что я был в детстве трусом, а тут кругом и всюду мне стали рисоваться образы домовых или мертвых, летающих душ, я боялся оставаться один в темной комнате, со страхом пробегал из одной в другую, потому что мне казалось, что я их вижу, что я их слышу. (…)
<…>
Перечислим кратко основные вехи творческой биографии ученого. В 1881 году он закончил гимназию и поступил на естественное отделение физико-математического факультета Императорского Санкт-Петербургского университета, который закончил в 1885 году, начав свою профессиональную научную деятельность. В 1886 году Вернадский вступил в брак с Наталией Егоровной Старицкой. В семье Вернадских было двое детей, Георгий и Нина. С 1890 по 1911 годы Вернадский преподавал в Императорском Московском университете, получив звание профессора. В 1911 году он вернулся в Санкт-Петербург и вновь занялся научной деятельностью.
Следует отметить, что необычные психические способности Вернадского, так озадачивавшие его самого, не были подавлены им полностью.
В 1917 году Вернадский вынужден был покинуть Санкт-Петербург. Некоторые биографы считают, что это было связано с приходом к власти правительства большевиков, которое могло начать преследовать Вернадского по политическим мотивам. Вернадский был одним из организаторов либеральной партии кадетов и к тому же входил в состав Временного правительства в качестве замминистра народного просвещения. Есть и другая версия отъезда Вернадского, связанная с состоянием его здоровья и необходимостью смены климата. Как бы то ни было, Владимир Иванович вместе с семьей уехал на Украину. Лето 1917 года он провел в своем имении под Полтавой. Там на лоне природы ученый испытал, как говорилось в его дневниковых записях, озарение. Результатом необычного подъема творческого вдохновения, испытанного им, стали его новые открытия и оригинальные научные концепции. Именно тогда Вернадский сформулировал базовые положения своего учения о живом веществе и о биосфере. Эти идеи легли в основу его биогеохимического мировоззрения.
<…>
Обратимся теперь к рассмотрению самого интересного мистического переживания, точнее, опыта внечувственного восприятия, произошедшего в жизни В.И. Вернадского в 1920 году. Уехав из Санкт-Петербурга на Украину, Вернадский в 1918 году основал Украинскую Академию наук и работал над ее становлением. Затем, видимо, из-за военно-политических событий семья Вернадских перебралась в Крым. В годы гражданской войны в России бушевал не столько даже испанский грипп, сколько смертоносная эпидемия тифа, унесшая сотни тысяч жизней. В 1920 году, в возрасте 57 лет Вернадский заразился тифом. Болезнь протекала настолько тяжело, что ученый оказался на грани жизни и смерти. Свое состояние в тот период он называл «жизнью после жизни». Но именно в таком состоянии ученый пережил самое яркое в своей жизни мистическое озарение, длившееся много дней подряд.
<…>
В дневнике Владимир Иванович писал: «Мне хочется записать странное состояние, пережитое мною во время болезни. В мечтах и фантазиях, в мыслях и образах мне интенсивно пришлось коснуться многих глубочайших вопросов бытия и пережить как бы картину моей будущей жизни до смерти. Это не был вещий сон, т. к. я не спал – не терял сознания окружающего. Это было интенсивное переживание мыслью и духом чего-то чуждого окружающему, далекого от происходящего. Это было до такой степени интенсивно и так ярко, что я совершенно не помню своей болезни и выношу из своего лежания красивые образы и создания моей мысли, счастливые переживания научного вдохновения. Помню, что среди физических страданий (во время впрыскивания физиологического раствора и после) я быстро переходил к тем мыслям и картинам, которые меня целиком охватывали. Я не только мыслил, и не только слагал картины и события, я, больше того, почти что видел их (а м[ожет] б[ыть], и видел), и во всяком случае чувствовал – нап[ример], чувствовал движение света и людей или красивые черты природы на берегу океана, приборы и людей. А вместе с тем, я бодрствовал».
В этих видениях Вернадский видел, как переезжает с семьей в Англию, а затем в США, и там, на берегу Атлантического океана создает Институт живого вещества. Перед ним мелькали картины его будущей научно-организационной деятельности, работы по организации института, лабораторных исследований, проведению конференций и тому подобного.
<…>
Что особенно важно – в этом откровении ученому были переданы еще и научные данные, неведомые науке той эпохи – по сути, готовые научные открытия и изобретения, которые ему суждено было принести обществу. Вернадский отмечал в дневниковых записях: «Во время этих мечтаний и фантазий я находил новое в научной области. Во время болезни я продиктовал кое-что Наташе. Там много нового и еще больше такого, что может быть проверено на опыте и наблюдении. Это уже и для строгого ученого реальное из реального. (…) Удивительно ярко и несколько раз рисовалось мне действие двух больших приборов, разлагавших организмы в количестве десятков тысяч кило. Описания и принципы приборов продиктовал Наташе. (…) Я не буду здесь касаться тех научных тем, которые здесь подымались. Ясно стало, что множество вопросов химического характера могут быть разрешены этим путем и многое из того, что я запомнил – продиктовал Нат[аше] (открытие хромовых, и др[угих] аналогичных] организмов, роль ванадия, галлия и т. д.). В течение немногих лет были получены числа состава семейств и групп организмов, подобранных по известному порядку, и, в конце концов, работа Института сразу поставила ряд новых задач для физиологии и биологии организмов, стала могущественно влиять на ее приложение – в области медицины, техники, агрохимии.
К сожалению, я запомнил только часть мелькавших передо мной открытий и новых явлений, и их я продиктовал Нат[аше]. Поразительно, как быстро исчезают из сознания эти освещающие, как молния темноту, создания интуиции, и как много их помещается в единицу времени. Ясно одно – что здесь область бесконечно великая нового. (…) но я не все запомнил и лишь кое-что записал через Наташу. Но работа сделана, и забытое, вероятно, выплывет позже в сознании моем. Или есть мысли, догадки, достижения интуиции, которые промелькнут, и если не будут зафиксированы, исчезают навсегда? Весьма возможно, т. к. область познания и созерцания бесконечна».
